«Слово «балетоман» для непосвященного звучит чуждо, почти неприятно. Балет… «К чему он? Какая вещь пустая?» В наше-то деловое время, грядковой культуры, виадуков, хуторских отрубов – балетное искусство <…> представляющее собою, положим, «одно наидревнейшее из преизящных искусств»…», – сетовал рецензент Санкт-Петербургских Ведомостей в 1910-м году. Многое ли с тех пор изменилось? Вопрос риторический. Утверждению того, что называться балетоманом гордо и почетно, посвящена авторская рубрика о танцевальном искусстве «Ballet promenade», на страницах которой вместе с арт-журналистом и историком искусства Екатериной Поллак совершаются неспешные прогулки по самым красивым и интересным уголкам балетного мира.

В Мариинском театре появился новый принц – Давид Залеев. 19-го апреля в балете «Спящая красавица» он дебютировал в партии Дезире. Спектакль, без сомнения, долгожданный для артиста, обладающего всем, что нужно для танца. Долгое время, однако, Залеев держался в труппе на «сухом пайке» – ролях второго плана, в которых по-настоящему «разгуляться» не представлялось возможности.

Баловнем судьбы Залеева вообще назвать трудно – первый ученик класса Академии А.Я. Вагановой, из-за нелепого случая он был отчислен на пятом году обучения. Решение руководства не смягчили ни блестящие для его возраста успехи, ни редкая для мальчиков предрасположенность к балету (а мальчики в балете, как известно, дефицитны во все времена, такие, как Д. Залеев, – тем более). Так или иначе, вагановские будни сменились учебой в Башкирском хореографическом колледже, а после выпуска в 2008 году – работой в Татарском академическом театре оперы и балета им. М. Джалиля. В Мариинский театр молодой танцовщик попал только в 2013-м, придя в труппу уже в звании заслуженного артиста Республики Северная Осетия-Алания. Поистине удивительные страницы биографии.

ballet-promenade

Фотографии: Наталья Разина © Мариинский театр.

Дебют в «Спящей» стал не только «пробой пера», но и своего рода заявкой на амплуа благородного героя, ведь, как правило, если удается образ венценосного Дезире, не за горами и партии графа Альберта или принца Зигфрида, рыцаря Жана де Бриена или даже (кто знает?) кшатрия Солора. Словом, прошедшему мифологическую и исполнительскую инициацию «Спящей красавицы» открываются заманчивые перспективы – балетный мир развивается по законам сказки, в этом мудрый Вадим Гаевский, несомненно, оказался прав.

Каков же Дезире Залеева? Щегольской, осознающий свою избранность и (неотъемлемое качество аристократа) невозмутимый. Всё это вполне естественно для артиста, сложенного по всем канонам балетного искусства и держащего инструментарий своего тела в абсолютной гармонии. С первых движений на сцене – взмывающих ввысь assemblé с точеными, идеально сведенными в позицию ногами, – стало очевидно, что амбиции Д. Залеева высоки. После же безоговорочно роскошного, по-премьерски исполненного круга jété en tournant в финальном соло второго акта, можно было с уверенностью сказать: эти амбиции обоснованы.

Хочется отметить и качество, которое не ценится многими молодыми исполнителями, но, к счастью, значимо для Д. Залеева, – педантичность. Приблизительное следование за хореографией в его танце представить невозможно, напротив! Каждый выход на сцену для Залеева сродни звездной минуте, ideal time для демонстрации своих достоинств, и  в этом отношении небрежная позировка или некрасивый ракурс в его планы не входят. Правда, у такой педантичности обнаруживается и своего рода «побочный эффект» – самолюбование, и, думается, в партии Дезире в этом не было бы большого греха, но только в том случае, если бы чрезмерное внимание к собственному облику не вредило дуэтной части балета.

ballet-promenade

Сложилось впечатление, что в поддержках Залеев думал не столько о балерине, сколько о том, достаточно ли эффектно отставлена его нога, и красив ли ее абрис. Именно партнерские качества стали ахиллесовой пятой Дезире Залеева, впрочем, судить строго дебютанта было бы бессердечно, и потому заметим лишь, что тогда «Быть можно дельным человеком/ И думать о красе ногтей», когда возлюбленная Аврора хорошо чувствует себя в поддержках и не тревожится о дуэтном танце больше, чем о своем собственном. Анастасия Лукина, вышедшая в партии Авроры, стоически переносила партнерские промахи Дезире-Залеева и не утратила сияющей улыбки даже в тот миг, когда, лишившись крепкой руки принца, ей пришлось самостоятельно выходить из положения. Всё-таки важнейшая тема «Спящей красавицы» – любовь, «что движет солнца и светила», и сама природа этого балета настаивает на том, чтобы любовь принца и принцессы друг к другу была не только сказочно-платонической, но и по-партнерски крепкой.

ballet-promenade