Тот самый еврейский мальчик, бегущий из концлагеря в конце фильма «Собибор», немного неуклюжий с по-детски чистыми и широко распахнутыми глазами, но с тяжёлой местью в сердце, в жизни – жадный до работы студент ГИТИСа, застенчивый хулиган, стеснительный лицедей, робкий борец с системой и противоречивый человек с внутренним стержнем Иван Злобин. Иван рассказал в интервью журналу о том, что изменилось в его жизни после съёмок в большом кино, легко ли убить человека в кадре, ради чего он выходит на сцену и где вы можете встретить его во время прогулки по Москве.

Иван Злобин: родился 28 сентября 1998 года в Новосибирске, будучи школьником, занимался в Студии творческого развития Константина Хабенского, сейчас – студент 3 курса РАТИ-ГИТИС (мастерская В.А. Андреева).

После интервью в коротком видео Иван расскажет о своих мечтах.

Фотографии: Анна Аристова

ГДЕ МОЖНО УВИДЕТЬ ИВАНА?

Кино:

  • «Собибор», реж. Константин Хабенский (номинирован на премию «Оскар-2019» в категории «Лучший иностранный фильм»)

Театр: ГИТИС

  • «Что тот солдат, что этот», Бертольд Брехт (выход планируется на зиму/весну)

Я рос во дворе с пацанами, по-простому, по-хулигански, а жил на пересечении улиц Немировича-Данченко и Станиславского. Мне кажется, это что-то значит.

Будучи ребёнком, я часто обманывал, и мне все верили. Я с детства умелый плут.

В роли Шломо заложена любовь к ближнему, к родителям, к сестре. Он мстит за семью. Ведь если бы его родителей не сожгли в печи, стал бы он убивать? Чем больше ненависти – тем меньше страха. Ненависть поглощает страх.

После побега из концлагеря жизнь Шломо уже никогда не будет прежней. Это полностью другой человек, его морально уничтожили, его детская психика навсегда нарушена.

Во время одной сцены, где я просто катил тележку и перед собой видел только декорации и актёров, на мгновение мне показалось, что я провалился сквозь время и по-настоящему попал в концлагерь. И мне стало так страшно, что это не описать словами.

Кино мне нравится тем, что декорации, грим, костюмы настолько помогают погрузиться в ситуацию, что ты просто живёшь, а не играешь.

Самый сложный для меня момент в «Собиборе» – это сцена убийства немца. Тогда я не мог произнести текст, который, к тому же, был на немецком. Представить, что ты сейчас будешь убивать человека, очень тяжело.

У хорошего актёра школа не так важна, как воображение. Чем оно шире, тем глубже ты можешь себя погрузить в обстоятельства, и тогда играть уже ничего не надо.

У меня поменялось восприятие войны, я понял, как это на самом деле страшно. Чем люди моложе, тем дальше от них эти события.

Константин Юрьевич как режиссёр видит тебя насквозь, потому что он сам актёр. Он знает, как преподнести информацию так, чтобы ты её правильно воплотил. Были даже такие моменты, когда он молча подходил, смотрел в глаза, и всё становилось понятно.

Съёмки дали мне огромную мотивацию. Поэтому сейчас я страдаю – я хочу ещё, хочу больше, я очень жадный до такой работы.

В Москву поступать мы с друзьями поехали с огромной жаждой приключений. Вообще-то, мы знали с самого начала, что мы всех порвём – в результате двое прошли во МХАТ и я один – в ГИТИС.

Поступали мы по-хулигански нагло. МХАТ брали штурмом. Так как нас не взяли с первого раза, мы нелегально проникли в театр и прятались от охраны по туалетам – ведь так не бывает, что твою мечту просто взяли и вырвали из рук. Мы даже стояли на коленях перед охраной – и мне не стыдно об этом рассказывать – если хочешь чего-то, то нужно идти до конца.

Подойти познакомиться с девушкой мне сложно – в жизни я очень стеснительный и робкий человек. В новой компании я лучше буду молча сидеть в углу.

В последнее время я начал хорошо чувствовать людей. Это очень круто, когда ты человека понимаешь без слов.

Чтобы поступить в ГИТИС, мы подделали билеты на самолёт. Нам сказали, что прослушают только 80 человек, а мы по номеру были после. Тогда мы поменяли время вылета, чтобы нас быстрее приняли. Пришлось обмануть систему. Ну а как? Везде нужно пользоваться какими-то секретными кодами.

К системам я отношусь как-то недоброжелательно. Я не против системы, но я считаю, что есть другие пути, интереснее и увлекательнее, чем просто сидеть и ждать.

У нас на место было 333 человека. Почему выбрали именно меня – я не знаю, это очень странно. Я читал монолог из пьесы Гоголя «Женитьба». Там персонаж выпрыгивает в окно. Тогда я сошел со сцены, начал всё больше расходиться, открыл окно и сказал: «Всё! Господи благослови!». И тогда меня остановили. Это надо было так довести зрителей, что они были уверены в том, что я прыгну… Но я бы не прыгнул.

Я мечтаю сыграть умирающего наркомана. Чтобы для роли можно было похудеть до 40 кг. То есть полностью отдаться и не жалеть себя.

Я готов очень усердно работать и подходить ко всему профессионально: погружаться, что-то узнавать, наблюдать.

В первую очередь надо работать над собой и следить за собой, а не обвинять в этом других.

Самые главные качества для актёра – острое внимание, коммуникабельность, широкая фантазия и большое воображение.

В свободное время я сплю. И ещё люблю гулять, просто слушая музыку и растворяясь.

Любимые места в Москве… возле зоопарка у метро Баррикадная, на Кропоткинской мне нравятся мосты, люблю арбатские дворы, Патриаршие пруды и Никитские улицы.

Конечно, мне хочется, чтобы меня узнавали, хочется успеха, славы. Правда, когда люди ко мне подходят, я стесняюсь.

Во время спектакля есть такой короткий момент, секунды в три, когда ты чувствуешь, что если сейчас повернёшь голову, то весь зал вместе с тобой повернёт головы. Если ты проведешь рукой – то все посмотрят в эту сторону. Это такое колоссальное удовольствие, как наркотик – за этим чувством хочется постоянно идти и выходить на сцену ради этого.

Я сам редко знакомлюсь с людьми – боюсь просто. С теми, с кем общаюсь близко, я очень экспрессивный и дёрганый, и меня всегда очень много. Может, я этого боюсь в новой компании – что меня будет сильно много…

В жизни я люблю больше молчать, мало разговариваю. Мне и так всё понятно. Вот зачем у человека два уха и один рот? Неспроста же.

В душе мне лет 13, и, мне кажется, у меня детская психика.

Я очень большой лицемер, три свои маски я точно знаю: с одним человеком я очень весёлый, клоун. С другим – я просто такой, какой есть. А с третьим – очень интеллигентный и умный. В Новосибирске со своими друзьями я простой гопник, матерящийся и харкающий на улице.

Последний раз я плакал прошлой зимой: у меня был нервный срыв, я закрылся в комнате, слушал тяжелый рок, бил стену, потом лёг и заплакал. Тогда я очистился, мне это было нужно.

Золотой рыбке я бы загадал вечную жизнь, мир во всём мире и дом на другой планете.

Если бы у меня был двойник, я бы столько всего чудил. Иногда один не справляешься с какими-то задачами, целями, которые ты себе придумал. А единомышленников найти очень трудно.

Мне 20 лет, а я уже о многом думаю и не всегда только о хорошем. Может быть рано мне переживать из-за чего-то – я же молодой ещё. И, вообще, зачем переживать? Надо хулиганить и делать неправильные вещи, чтобы потом их вспоминать.

Если бы у меня был миллион долларов, в первую очередь, я бы купил маме машину, а остальное вложил бы во что-нибудь.

Через 20 лет я вижу свою жизнь очень счастливой и наполненной, с большим ритмом.

Когда после учёбы я возвращаюсь в свой город, то начинаю вянуть как цветок. Я читаю книги, смотрю фильмы, но это скучно – мне нужно что-то делать.

Мне очень нравятся Дэниел Рэдклифф, Джеймс Макэвой и Мэттью МакКонахи. Меня вдохновляет подход к работе МакКонахи, а то, как меняется в «Сплите» Макэвой, произвело на меня большое впечатление. Я хотел бы сыграть что-то похожее. А Рэдклифф – просто крутой чувак.

АКТЁР ЧИТАЕТ

  • «Так говорил Заратустра», Фридрих Ницше
  • «Заводной апельсин», Энтони Бёрджесс
  • «Превращение», Франц Кафка

АКТЁР СМОТРИТ

  • «Интерстеллар», 2014 – реж. Кристофер Нолан
  • «Грязь», 2013 – реж. Джон С. Бейрд
  • «Дорога», 1954 – реж. Федерико Феллини

Подробнее о фотографе Анне Аристовой узнайте из статьи «Анна Аристова. Большое интервью с фотографом». С творчеством Анны на страницах Beatrice Magazine можно познакомиться в фотопроектах: «Внутри тебя», «Возвращение», «Ангел».