В конце XIX – начале ХХ вв. в жизни европейского общества начался противоречивый и сложный период. Противоречия обнаруживались и в оценке этого времени: «прекрасная эпоха» в начале, когда сильна была вера в научно-технический прогресс, способный поднять все сферы жизни на качественно новый уровень, и последняя фаза, названная Ницше фазой «европейского нигилизма». Так мыслитель обращал внимание на то, что под внешне благополучным фасадом скрывается отчужденность, потеря смысла жизни и, следовательно, разочарование в системе ценностей.

Итак, европейская культура столкнулась с системным кризисом и угасанием былых идеалов, распространением нигилизма. Само слово «кризис» в переводе с греческого означает «суд», «судебное разбирательство» или «решение». Значит, ситуация с европейской культурой – это, прежде всего, ситуация, требующая разбирательства и вынесения приговора, но не ставящая на ней крест и означающая деградацию. Представители «философии жизни», среди которых был не только Ницше, но и мыслитель Шпенглер, в своих работах пытались дать объяснение происходящим изменениям в духовной жизни общества, оценить причины и найти пути разрешения этой проблемы, но их взгляды были неоднозначными. К примеру, Ницше винил в упадке духа нигилизм, но при этом понимал, что он стал закономерной реакцией на изжившие себя моральные, религиозные и философские истины, которые перестали быть актуальными, стали несостоятельными и уже не соответствуют реальному человеческому существованию. Что значит нигилизм? Люди перестают находить ответ на извечный вопрос «зачем?». Следовательно, выход лежит в переоценке ценностей, поиске новых установок, возможностей развития культуры. Это бы привело к созданию нового образа жизни и мировоззрения общества, которое зажило бы по новым стандартам. Надо сказать, Ницше в целом оценивал состояние культуры своего времени как напряженное, движущееся к какой-то катастрофе. О. Шпенглер не поддерживал Ницше в идее «нового подъема» культуры после преодоления кризиса, а наоборот видел в этом ее угасание, смерть всех идеалов; неизбежное, но необходимое  вхождение в стадию, представляющую собой завершение цикла развития любой великой культуры.

​По Ницше «лечить» необходимо мораль, религиозную жизнь и «нашу науку». Все мы хотим индивидуальности, жаждем отличаться друг от друга. Но естьпринцип долженствования, мнимое равенство и одна на всех мораль, из-за которых мы отрекаемся от своих желаний, собственных ценностей и установок,  счастья в пользу стадности. Это ли не чистое безумие? Взять, к примеру, такую христианскую добродетель, как сострадание ближнему. Расточительное чувство подобно паразиту, оно заразительно, и нельзя навязать эту обязанность, предписывающую умножить человеческие страдания на земле.  Когда человек делает добро лишь из сострадания, то доброе дело направлено самому себе, а не тому, кто рядом. Что касается религии, то церковь поверхностна,  ответственна за нашу веру в ложные веяния и состояния, в спасение души и искупление, она заполняет голову иллюзиями, и формирует тем самым ложную духовность.

Ницше сомневался во всем, на чем основывалась культура Европы: нормы бытия, христианские ценности, философские догмы. Концепцию «я должен» он противопоставлял первичному «я хочу», а стадным добродетелям вроде сострадания, заботы – устранение подобных реакций. В новой общественной организации главенствующая роль была бы отдана высшей степени индивидуализма в лице «сверхчеловека», который шел бы сам по себе, имел бы возможность быть другим. Конец ненадежным христианским идеалам – пришло время более сильных.

«Философия мысли», подразумевающая культ чисел, логики и объективного, противопоставляется у Ницше «философии жизни», то есть учению о переживаниях (аффектах). Итак, мыслитель не только находит причины кризиса европейской культуры, но и ясно видит выход из него путем переоценки ценностей. В новой «философии жизни» делается акцент на культуре и истории, поскольку именно там решается человеческая судьба, в них осмысливается жизнь как непрерывное, постепенно усложняющееся действие. Кризис связан с диктатурой философии и науки с их стремлением к фактам и тотальному рациональному толкованию, его можно было бы предотвратить, если бы люди отбросили теорию познания, «вживались» в реальность, постигали ее сквозь призму внутренней, духовной жизни, включали интуицию. О. Шпенглер также считал, что проникнуть вглубь культуры способен только тот, кто прочувствовал ее. Этот способ – вне рамок истолкования при помощи понятий.

В знаменитой теории Шпенглера понятия «культура» и «цивилизация» противопоставляются. Любая культура неповторима, она жива, пока осуществляются ее возможности. Достигнув пика своего развития, она умирает и переходит в состояние цивилизации. Это и есть завершение цикла культурного развития. Поэтому существенное значение в жизни каждой великой культуры имеет лишь то время до полного расцвета, процесс осуществления возможного, а не итог.  Надо признать, что Шпенглер куда пессимистичнее смотрел на вещи, чем Ницше. Если Ницше, размышляя о сложившейся кризисной ситуации, нашел из нее выход, то Шпенглер категорично заявил, что необходимый кризис – смерть культуры.

Конечно, тревожное состояние и чувство неуверенности посещали раньше и посетят европейскую культуру в XX веке, и мыслители обратятся к «Философии жизни», так как именно это направление определило ход европейской мысли и пути масштабной социокультурной трансформации в XIX –XX веках, которая могла закончиться крахом всего, во что верил человек, чем гордился.