Малинди – приморский город, оккупированный итальянцами. Когда-то давно, в колониальные времена, здесь жили англичане, но потом место приглянулось итальянцам, они скупили здесь все приличные виллы, начали громко разговаривать и махать руками, так что чопорные англичане предпочли ретироваться. Мы сняли одну их прелестных колониальных вилл у итальянской хозяйки, которая уехала в Милан, оставив нам весь дом и хаус-кипера Элиаса с женой, младенцем и собакой в придачу. Из-за поломки поезда мы потеряли много времени, не встретились с высланным за нами водителем, так что прибыли на другой машине и долго-долго блуждали между заборами, на каждом из которых красовались таблички с фамилиями Винчетти, Сорренцо и, вероятно, где-то был дом Корлеоне. Наконец обнаружилась и наша вилла за внушительными железными воротами. Элиас, улыбаясь во весь рот (кажется, у него три ряда великолепных белоснежных зубов), демонстрирует чудеса гостеприимства – всего через час мы ужинаем пастой с красным чилийским, положив ноги на соломенные кресла и прислушиваясь к ночным крикам хищных птиц.

Двухэтажный дом с широкой тенистой террасой и пышным садом окружен двухметровым забором, утыканным по верху гвоздями и битым стеклом. На ночь ворота закрываются на суровые засовы. Это все от «прыгунов», как называет Элиас местных воров. Кенийцы не зря прекрасно выступают в легкой атлетике. Я с удовольствием наблюдала, как по берегу бегают черные аполлоны, тренируясь не то для соревнований, не то для того, чтобы хорошенько разбежаться, перепрыгнуть забор и взять что-нибудь необходимое. В Кении положено не зевать – любая твоя вещичка, оставленная без присмотра, непременно понадобится еще кому-нибудь. Поэтому здесь не встретишь лежащих на берегу туристов. Вдоль берега построены небольшие отели с зеленой территорией и каменным парапетом, отделяющим пляж. Европейцы платят отелю за возможность отдыхать внутри на шезлонгах, здесь же за 10-15 долларов можно пообедать. На парапетах отелей в тени раскидистой пальмы всегда сидит добродушный охранник с дубинкой. Это средство воспитания предназначено для слишком навязчивых бич-боев. Я валяюсь на шезлонге, читаю, над парапетом появляются головы.

-Мэм… Мисс… Миссис… Мэм… Мэм… Мэм…

малинди кения иллюстрация

Иллюстрации: Виктория Дорошенко

Этим парням не лень «мэмкать» по сто раз у каждого отеля. Иногда их отгоняет охранник, показывая дубинку, а то и постукивая особо нахальных по голове. За небольшие деньги они готовы пробежаться с тобой по отмели, когда вода уходит в длинный отлив, чтобы показать удивительных морских животных, живущих в расселинах рифа. Они же предлагают найти лодку, чтобы съездить до кораллов, да и вообще – проси, что пожелаешь, только плати. Гомонящие босые женщины торгуют парео и украшениями, все стоит дешево, все ярко, красиво, невозможно удержаться от покупки.

Утром море далеко, открывается риф. Мы идем по камням, тут же прибегают два тощих парня со своей помощью. Они, впрочем, полезны – высматривают моллюсков, улиток, морских звезд и других жителей расселин. Забрать с собой такой сувенир нельзя, объясняет мальчишка, за это можно схлопотать немалый штраф. Я и не собиралась, впрочем. Морские звезды хороши в море. Бродить и находить спрятанных в щелях животных интересно. Море начинает потихоньку возвращаться, пора идти на берег. Забавное развлечение – убегать от моря. В Уотаму, местечке неподалеку от Малинди, куда мы съездили в один из дней, местные жители и туристы специально доходят до скалы подальше от берега и ждут, когда вода начнет прибывать, а потом бегут от волны, хохоча, пока вода все же не догоняет, и тогда приходится плыть.

Я решаюсь поехать на дальний риф понырять с маской. Утром самое популярное транспортное средство побережья Кении тук-тук ждет у ворот, едем к месту отправления. В лодке двое – серьезный хозяин и мальчишка. Риф недалеко, рядом с ним небольшой песчаный островок, который скрывается под водой во время прилива. Но сейчас отлив, и я с удовольствием гуляю босиком по мелкому песку прежде, чем нырнуть. Вода, впрочем, мутная, рыб немного. После великолепия Красного моря все это не очень впечатляет. Лодочник кидает хлеб, рыбы жадно накидываются, вода бурлит. На обратном пути за руль садится мальчик, и мы тут же садимся на риф. Дно лодки пробито, вода начинает прибывать, и, хотя до берега не особо далеко и можно доплыть, мне совсем не хочется оказаться в воде с дорогим фотоаппаратом и единственным телефоном. Лодочник гонит к берегу, кричит мальчишке что-то на незнакомом языке, но я понимаю, что это про воду. Ее нужно вычерпывать очень быстро. Вдвоем мы черпаем изо всех сил, мне становится смешно – с транспортом нам в Кении тотально не везет. Поезд сломался, лодка продырявлена, а уж сколько раз мы на сафари застревали в песке, и не сосчитать. Лодка успела довезти нас до берега без незапланированного купания, а лодочник серьезно пожал мне руку на прощание и пошел заделывать пробоину.

малинди кения иллюстрация

Иллюстрации: Виктория Дорошенко

Элиас готовит нам еду по вечерам: лобстеров, крабов, рыбу, креветок, – все невероятно вкусно. Южноафриканские пинотажи, каберне и ширазы льются рекой, делая вечера мягкими и задушевными. Шуршат большие ящерицы в траве, надрывается какая-то птица. Приятно чувствовать себя окруженной постоянной заботой. Утром я просыпалась под тонким антикомариным пологом, завтракала спелыми авокадо, глазуньей, крепким кофе, шла на пляж мимо женщин, дробящих камни на щебенку в тени пальм, мимо разноцветных ящериц и жирных гусениц, а к обеду возвращалась в прохладную комнату, где кровать была заправлена, подушка взбита и полог аккуратно опущен. Однажды, впрочем, моя беспечность была наказана – случайно обнаружив пропажу ста долларов, я поняла, что полог в следующий раз опущу сама, а дверь надо закрывать на ключ. Полдня я раздумывала, не устроить ли улыбчивому Элиасу скандал, но так и не собралась, рассудив, что он, конечно, ни в чем не признается, а отношения мы испортим. Ну что ж, будем считать это добровольным взносом на еду африканским детям, у Элиаса их трое.

Перед отъездом иду покупать подарки в местный универмаг. Я люблю привозить необычную еду, брожу вдоль полок, пока не натыкаюсь на семена баобаба. Ого! С удовольствием покупаю пару пакетиков. Потом, впрочем, окажется, что само семечко есть нельзя, оно твердое и не раскусывается. Нужно просто облизывать сладко-острую пудру, в которой они обваляны. Но одно из семян проклюнулось в Москве! Ничего себе привет из Африки!

На другой полке вижу пакет с серыми камнями и надписью «Жареная глина». Глина? Воображение работает в усиленном режиме, но не подсказывает, зачем продавать камни среди понятных и вполне съедобных продуктов. Нахожу менеджера зала и пытаюсь выяснить, что это такое. Менеджер сначала искренне хочет мне помочь, но, увидев пакет с камнями, неожиданно кривится и коротко сообщает, что это едят, но он, разумеется, не пробовал, потому что «это же для женщин!» Страдальчески выкрикнув последние слова, менеджер буквально убежал вдаль, оставив меня в полном недоумении. Разумеется, пакет с камнями был немедленно куплен, а дома допросу подвергся уже Элиас, он ведь не мог от меня сбежать. Выяснилось, что его кормящая жена ест эту глину.

-Элиас, это вкусно? – спросила я.
-Откуда я знаю! Я не пробовал! Ведь это для женщин!

В общем, я попробовала. На вкус жареная африканская глина похожа на глину. Надеюсь, что она прибавляет женщине сил Африки. Так что теперь в случае необходимости я смогу отнести усталого любимого мужчину к месту отдыха легко и непринужденно, как делают это женщины из племени масаев.