Ольга Боровская – актриса труппы театра им. Евгения Вахтангова, выпускница ГИТИСа. Совсем недавно, 25 мая, состоялась премьера фильма Сергея Мокрицкого «Черновик», в котором девушка сыграла роль Анны – эта нашумевшая кинокартина в жанре фантастики получила много острой критики в свой адрес. Сама же Оля, несмотря ни на что, любит её всем сердцем. О тернистом пути к большой сцене, поиске свободы и таланте жить актриса рассказывает в новом интервью специально для Beatrice Magazine!

ГДЕ МОЖНО УВИДЕТЬ ОЛЬГУ БОРОВСКУЮ?

ТЕАТР:

      Театр им. Евгения Вахтангова:

  • «Сергеев и городок», 19 июня
  • «Очарованный странник», 21 июня

КИНО:

  • «Черновик», реж. Сергей Мокрицкий

Моё детство и юность прошли в деревне на Волге, в доме деда и бабушки. Теперь там живут мои родители. Мои мама и папа не из творческих профессий они экономисты и уже давно на пенсии. Многим интересна история о моих фамилиях, хотя ничего удивительного нет. Мой папа Пятышкин Вячеслав Петрович, и я родилась его законной дочкой Олей Пятышкиной. Ещё в институте захотела взять мамину фамилию Боровская, спросив разрешения у отца, поменяла ее чуть позже.

Я до сих пор не понимаю людей, которые, живя в разных городах с родителями, во время отпуска предпочитают море и путешествия. А для меня и вопроса не вставало никогда. Любое свободное время я провожу дома. Мои коллеги после отпуска ко мне уже не подходят с вопросами, ведь все знают у меня один курорт Дубовка, на берегу Волгоградского водохранилища.

Когда я плачу, первая, кого я зову, это мама. Люди не понимают и не ценят, какое это счастье в любой день увидеть родителей, доехать до них на метро, просто позвонить и сказать: «Ма, па, я ща буду».

Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская

В ГИТИС я поступила в 17 лет. До этого, по наставлению родителей, я попробовала учиться на экономиста, но отношения с экономикой длились год, после чего мы поговорили как взрослые люди, все взвесили и расстались без особых претензий друг к другу. ГИТИС я любила. Помимо всего прочего, он подарил мне «учителя», Ольгу Дмитриевну Якушкину, которая стала мне старшим другом. Мне кажется, что учитель это как «крестный». У каждого должен быть наставник на пути и хранитель.

Спасибо судьбе и случаю, что я работаю в театре Вахтангова. Для меня он номер один среди всех. Там талантливейшие руководители и труппа, и, в целом, атмосфера дружественная и приятная, что является настоящей редкостью! Я обожаю спектакль «Сергеев и городок», счастье было его создавать и счастье его играть! Это моя радость, моя боль, моя душа, моя творческая жизнь.

Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская

Но путь к большой сцене был долог и тернист. Опущу подробности, но после института я не поступила в театр, расстроилась, однако, за квартиру нужно было платить, и моя коллега и подруга Ольга Дудина устроила меня работать в ДК «Гайдаровец» режиссером. А здесь, друзья, я вот остановлюсь подробнее. Вообще, я думаю, что судьба , все-таки существует, и она не дура. Закончив один из лучших профильных ВУЗов, полная надежд и амбиций, я попала прямиком в самодеятельность. Но, скажу честно, нигде и никогда я не видела такое количество гениальных, сумасшедших, диких, по-идиотски смелых, нелепых, потрясающих, дурацких, безумных, замечательных, удивительных людей. Для меня открылась великая истина: если человек желает творчества, то нет никаких преград: ни его данные, ни потенциал, ни мнения окружающих не перекроют ему дорогу к «выступить». Потом уже, пройдя не один театр, я была удивлена, что у актеров есть сцена, и она им дана, но они почему-то выходят на неё совершенно по-другому не так, как люди, для которых сцена — отдушина и радость. У актеров сцена — это, как правило, работа. В самодеятельности же сцена — любовь, а другого не дано.

Интервью Ольга Боровская

Я вообще люблю людей. Хочется верить, что это взаимно.

Чутких людей в моей профессии, как ни странно, очень мало. Чуткость и актер — вещи почти несовместимые.

«Лучше смолчать, чем худое молвить» — это очень хорошее правило, которое я постоянно себе повторяю и друзьям советую.

В ДК я пришла режиссером, и моей задачей было «работать» с коллективами. Коллективов, на секундочку, было около ста. Все, что пожелаете: народный фольклор, танцы, художественная студия, акробатика, жонглирование огненными шарами, клуб канареечников, клуб анонимных алкоголиков, женский клуб (там учили женщин «в летах» быть привлекательными), гитара, клуб шахматистов, вязание крючком, клуб театрального костюма, восточные танцы, иранские барабаны… (кого заинтересует весь список — вышлю на почту). Меня интересовало все, кроме театральных студий. В жизни не часто выпадает возможность многому научиться и овладеть, да ещё и на халяву! Я попробовала все! Все! Хотя восточные танцы со взрослыми женщинами в группе, меня, честно говоря, не увлекли.

Художественная студия — это моя любовь. Только я там была натурщицей, а не художницей, у меня дома три портрета, а всего в сумме их было штук 40, наверное. Иранские барабаны — это штука, но на занятия я пришла всего пару раз, хотя Хамид Даду очень был доволен моим результатом. Фольклор — да, моё! Меня приняли в коллектив, где было 26 бабушек от шестидесяти, двое дедушек за семьдесят и руководитель-баянист. Последний сказал, что я «альт» и полгода я трубила «реченька дивная» с «низами», втайне завидуя «первым» голосам сопрано. Гитара мне далась легко, потому как я на ней уже играла в школе, но я узнала много новых романсов. В общем, не буду перечислять все, чему я училась и научилась, но скажу честно: ни ГИТИС, ни любой другой профильный вуз такого опыта мне не дал бы! И да, конечно, друзья, у алкоголиков я тоже была, хотя, признаюсь, люблю красное вино, а они, оказывается, даже на новый год ни-ни. Это все бонусы, но вернёмся к самой «работе».

Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская

С разными мероприятиями, концертами, мастер-классами мы, помимо родного «Земляной вал 27 стр. 3», с вышеперечисленными коллективами ездили в дома престарелых, хосписы, лагеря, институты, школы, детские дома, даже в «Матросскую Тишину». Я, как режиссер, их придумывала, организовывала и вела, также как Оля Дудина — она была старшим режиссером. Так мы и работали.

Я очень полюбила ПНИ 12 на Щелковской, там нас всегда ждали и просили на «бис», и после каждого концерта угощали чаем с конфетами или вели обедать прямо с больными в столовую. У одного дедушки постоянно была рация и он всегда ее слушал, потом просил вместе с ним отойти в угол, говорил какой-то шифр и велел мне передавать в «центр». Возвращаясь, я всегда передавала придуманный мной «шифр из центра», он записывал, был рад, а потом принимал сосредоточенный вид и снова слушал свою рацию — так продолжалось всегда и он всегда был горд и ждал. А одна женщина на инвалидном кресле каждую встречу называла меня Олей, и говорила: «Знаешь, я тоже Оля, мы обе Оли, поэтому я и запомнила. Такое совпадение, вот бывает же!», она за вечер раз 30 могла повторить эту фразу. В общем, эти душевнобольные были моими товарищами и, в какой-то момент, найдя с ними общий язык, я всерьез задумалась, что и я такая, как они, только пока «в спящей» стадии.

Интервью Ольга Боровская

Мне везде было легко и интересно, кроме ДДИ 12 на Молодежной. Про это рассказывать не буду. Там (в большинстве) работают великие люди, честь им и хвала за их труд, и здоровья всем детям. В ДК я поняла, что не бывает безвыходных ситуаций, и что любую оплошность, лажу, поломку проигрывателя, микрофона надо срочно «крыть», все-равно как. В этом плане ДК меня закалил. Сейчас, видя, как актер сымпровизировал фразу и сам горд за это, я вспоминаю как мы приехали за 100 км в лагерь с музыкальной программой, 200 детей и зрителей, а у нас сломался ноутбук, с которого мы всегда включали фонограмму, и мы придумали с ними квест (в таких случаях, кстати, всегда выручала викторина, она со мной как молитвослов ездила).

Или как мы с «анонимными алкоголиками» приехали в школу с профилактической лекцией. По незнанию руководитель «группы» в пылкой речи, решив сделать рекламу своей студии, пригласил всех восьмиклассников прийти «в группу», и уяснить, что «черная полоса» на пути случается у любого человека, но в группе им (восьмиклассникам) обязательно помогут. Чего мне стоило вывести эту ситуацию в нужное русло! Потом мне ещё месяц звонили учителя и директор этой школы, требовали документы, подтверждающие, что мы не секта. И только когда я уговорила их, чтобы мы привезли к ним концерт студии академического вокала «Классика», директор смиловался, поверил и перестал мне звонить и угрожать «Комитетом по делам с молодежью».

Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская

Ещё был забавный случай, когда мы приехали к военным с танцевальным сольным концертом, и девушки из коллектива восточных танцев «Самия» отправили машину с костюмами в другую сторону города. Ребята армейцы так ждали этот концерт, они сами просили именно ЭТОТ коллектив и дружно, в назначенное время, заполонили актовый зал. Но машина с костюмами стояла в пробке сорок минут, поэтому час я читала военным стихи Есенина, Пушкина, прозу Бунина, Айтматова, Толстого, вообщем всю школьную и ГИТИСовскую программу, что знала. Я до сих пор помню лицо генерала и всех этих армейцев, так спешивших поглазеть на полуобнаженные тела, а получивших в результате мой бенефис.

Да что вы знаете, коллеги, актеры о провалах! Мне после этого долбанного концерта нужно было ещё забрать благодарность и грамоту в кабинете того самого генерала. Спасибо Всевышнему, он спас меня от этого расстрела, ибо разорванную на четыре части грамоту, я обнаружила прямо у входа в его кабинет, в мусорке. Вы когда-нибудь шли через коридоры военной части через сотни военных, готовых вас медленно, методично и верно уничтожать? Мне потом сказали, что генерал на этот концерт пригласил своего друга из министерства. А вы ещё спрашиваете, почему я сменила фамилию! Спросите лучше, как жить после такого!

Помню, тогда не могла месяц нормально ничего вести. Я вообще боялась на улицу выходить — мне казалось, что сейчас мне обязательно отомстят за этот «концерт». Зато после этого ни один позор в жизни мне не страшен. Даже когда на Новый год мальчик пяти лет при всех назвал мой костюм ледышки презервативом.

Я про ДК рассказывать часами могу, но статьи не хватит  — ничтожно мало строк. Я скажу лишь, что тогда, работая там, я ревела «за что мне это», «почему я здесь», а сейчас я понимаю, что это — то и сделало меня, собственно. После ДК я прошла два театра, но об этом уже стоит писать книгу.

Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская

C актрисой Екатериной Нестеровой

Знаете, я сейчас понимаю, что талант — это не просто штука, свалившаяся на человека даром Божьим, нет. Я считаю талант — это то, как развит человек, как он говорит, как смотрит, как воспринимает, как внутри переживает за кого-то, что читает и т.д. Талант — это целый набор качеств души, характера, воспитания, веры, саморазвитие. Это не просто «здорово стихи читает». Талант на сцене -— для меня не удивление, правда. А вот талант в жизни, умение человека талантливо жить — вот то, чем я восхищаюсь и завидую, что пытаюсь в себе воспитать, что постоянно ищу! Мне повезло — меня окружают очень талантливые люди. И я рада всему, что случилось на моем пути, и уверена, что он будет ещё круче и интереснее. Лишь бы человеком остаться и как можно позже сойти с ума.

Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская

Я несвободный человек, но всегда ищу эту, мать ее, свободу.

Интервью Ольга Боровская
Интервью Ольга Боровская

АКТРИСА ЧИТАЕТ:

  • «Поющие в терновнике», Коллин Маккалоу

КУМИРЫ АКТРИСЫ:

  • Нонна Мордюкова
  • Анна Маньяни 
  • Алексей Баталов
  • Сергей Бодров

АКТРИСА СМОТРИТ:

  • «Париж, Техас», реж. Вим Вендерс
  • «Солнце неспящих», реж. Темур Баблуани

Подробнее о фотографе Юлии Солодовниковой узнайте из статьи «Мысли фотографа. Юлия Солодовникова». С творчеством Юлии на страницах Beatrice Magazine можно познакомиться в фотопроекте «Sensuality».